Петровский пер., 5с1, 2, 3, 4, 5, 7, 8, 1896, арх. А. Л. Обер
Большое семейство доходных домов выросло в 1896 году во владениях фабрикантов Бахрушиных (архитектор Александр Обер). Каждый многоквартирный дом — нетипичный случай в исторической Москве! — стоит по отдельности, они не образуют замкнутого двора.
Рекогносцировка
Шесть почти одинаковых одноподъездных зданий выстроились в две шеренги, между которыми тянется внутриквартальная «улица».
Двум крайним зданиям, которые смотрят в Петровский переулок, добавили по этажу — было четыре, стало пять. Судя по фотоснимкам, эти симметричные надстройки сделаны в первой трети XX века (до 1934 года), и их можно прочитать по межэтажному карнизу. В дворовых корпусах осталось по четыре этажа.
За зданиями, в глубине участка, зеленеет сад, а по периметру есть еще постройки. Часть их относится к другим владениям (флигель усадьбы Губина, хозяйственный корпус при «доме милиции», службы при театре Корша и Страстной бульвар, 12с5), часть — к нашему.
Дому, в котором жил Есенин, я посвящаю отдельную статью, весь остальной «жилой комплекс» описан здесь.
На месте древнего пруда
С конца XVIII века здесь располагался пруд и регулярный парк усадьбы Губиных.
Рядом с большим водоемом в 1860-х были известные на весь город «оранжереи Фоминых» и шла цветочная торговля. В какой-то момент все это стало самостоятельным домовладением, попало в руки Бахрушиных. Три брата — Петр, Александр и Василий Алексеевичи — знаменитые московские предприниматели и меценаты. Старший из братьев еще при Александре I приехал из Зарайска в бельевой корзинке. Рядом с телегой, везущей в Москву скарб и младенца, шли пешком отец и мать. Потом они разбогатели…
В 1910-х хозяином участка оставался девяностолетний Александр Бахрушин, спасший театр Корша. Он сделал крупное пожертвование на постройку его здания (1885 год). Кроме того, братья сдали Коршу участок на очень щадящих условиях. Театр вырос на этом участке, на месте регулярного парка, а в старых оранжереях Фоминых теперь трудились портные и бутафоры.
1 — театр, 2 — бывшие оранжереи.
Сын Александра Бахрушина Алексей войдет в историю как основатель Театрального музея.
Старый усадебный пруд существовал еще несколько лет. В 1893 году газеты сообщали, что
«на катке сада при театре Корша 6 февраля состоялись состязания дам-конькобежцев на призы».
А в 1896 году построили то, что мы видим.
Созвездие жильцов
Квартиры тут были большие, по две на этаж, жильцы — респектабельные. Вот эта публика на фотографии 1910 года:
За плечом кавалера — строение 7, а за спинами дам — флигель усадьбы Губина.
Из-за театрального соседства артистов здесь было очень много, и эта традиция сохранялась в советские годы, когда настала пора уплотнений. В 1920-х дома официально назывались «1-й Московской рабочей коммуной печатников и пищевиков». Некоторые квартиры занимало начальство.
В разные годы здесь жили:
- пианист Константин Игумнов (1906-1909);
- актеры Дмитрий Орлов, Василий Топорков, Алексей Бонди, Александр Зражевский;
- поэт Марк Талов;
- балерина Суламифь Мессерер;
- композитор Кирилл Молчанов;
- историк Александр Зимин.
В одном из корпусов с 1936 года жил певец-киноактер Марк Бернес, в исполнении которого страна впервые услыхала «Темную ночь», «Шаланды» и другие известные песни. В гостях у Марка Наумовича бывали Исаак Бабель и Валерий Чкалов.
Актриса Мария Бабанова в течение пятидесяти лет жила в «есенинском» строении 9.
Тигриный дух и рухнувшая балка
Эпоха коммуналок продолжалась до конца XX столетия. Старожил пишет о 157-метровой квартире в строении 2, которую в 1986-87 годах занимало четыре семьи (десять человек). В окна громадной кухни долетала живая музыка из театра Корша, зато с потолка обвалилась штукатурка.
Старенькая соседка полоскала в общей раковине собранные на улице бутылки, а в квартире были дети; чтобы решить конфликт, родители позвали участкового. Кухонные тараканы паслись легионами, а из затопленных подвалов налетали с тихим звоном комары. В корпусе было две «квартиры с кошками» — и тем, кто подходил к ним со двора, тигриный дух из форточки перебивал запах весны…
В конце концов в хоромах площадью 157 метров упала с потолка толстая балка, никого, по счастью, не убив. Тогда квартиру расселили. А в 1996 году расселили и весь дом, как и соседнее строение 3 с такими же коммуналками.
К началу XXI столетия разные корпуса реконструировали, сохранив исторические фасады. Теперь здесь, как сто с лишним лет назад, элитные квартиры. У входа во двор — будка с охранником.
Рядом с доходными домами были хозяйственные корпуса. Когда их выстроили, я не знаю (на плане Москвы 1937 года они уже есть).
Часть корпусов исчезла, двухэтажное строение 5 на рубеже веков полностью перелицевали и надстроили мансардой.
Строение 4 было снесено, и его место занял четырехэтажный дом.
© Дмитрий Линдер. Перепечатка текстов с linder.moscow без разрешения автора не допускается.