1883 год. Сергей Иванович Карзинкин – первой гильдии купец, владелец родовой чаеторговой фирмы, содиректор Ярославской Большой мануфактуры, хозяин подмосковного Троице-Лыкова… захотел выстроить еще один доходный дом.
Мысленно уберем два верхних этажа: это убожество надстроили пятьдесят лет спустя, в эпоху Днепрогэсов и голодоморов. Настоящих этажей тут только три: они солидны и покрыты рустом. Большая подворотня не уродует, а украшает это здание, ибо пробита точно в центре. Автор проекта, Василий Барков, был семейным архитектором Карзинкиных и Телешовых.
И вот, перед сорокалетием, в 1887 году, купец вдруг умер, передав доходный дом и еще многое другое – восемнадцатилетнему сынку, тоже Сергею.
В Троице-Лыкове об этом сыне очень неплохая память, ведь Карзинкин-младший щедро помогал крестьянам-соседям. К свадьбам давал приданое, тому, у кого пала лошадь, помогал деньгами… правда, Сергей Сергеевич был щедр не только к тем, кто этого заслуживал.
В наследственном особняке на Покровке слышались хлопки шампанского, кружился котильон, за столиками резались в «железную дорогу», хозяин одним махом проиграл однажды 100 000 рублей. Рассказывали, что он заплатил 60 000 за ночь с одной актрисой. Даже железные решетки для кухни Сергея Сергеевича покупались на 6000 в год: полное годовое жалованье генерала.
Чтобы свести доход с расходами, молодой человек устроил ресторан в собственном доме на Воскресенской площади (там, где впоследствии построили гостиницу «Москва») и интерьер отделал так, чтобы он гармонировал с платьем и волосами некоей вдохновляющей Сергея дамы. Конечно, начались убытки, коммерсанты улыбались:
«Лучший потребитель ресторана – сам хозяин».
Самое удивительное – это то, что карзинкинского состояния хватило на два десятка лет.
Чтоб оплатить долги, продан был дом на Воскресенской площади. Проданы паи Ярославской Большой мануфактуры. Продали, наконец, и особняк на Покровке, и дом с подворотней в Девяткином (тогда писали – Девятинском) переулке.
В этом доходном доме Сергей Сергеевич сам арендовал квартиру в 1911 году. Карзинкинские миллионы пропали как морок.
Были однако и другие – умные Карзинкины: брат и кузены. Должно быть, эти деловые люди сокрушались из-за недальновидности Сергея Сергеевича.
Это напоминает мне историю о киевлянине, который в 1916 году получил миллионное наследство и все прокутил в течение нескольких месяцев. Весь Киев осуждал безумца… а потом пришел («велик и страшен») 1918 год. Весь Киев позавидовал безумцу: все-таки прожил свое наследство!
В советскую эпоху в доме с подворотней жили Вадим Рындин – народный художник и гражданский муж Галины Улановой, детский писатель Юрий Сотник и советский дипломат Евгений Гнедин, который в 1930-х был арестован, но все же не оговорил наркома Литвинова. В «холодное лето» 1953 года Гнедин дал показания о том, как в кабинете Берии его пытали. При Брежневе он превратился в диссидента и в возрасте 80 лет демонстративно вышел из КПСС (был 1979 год).
© Дмитрий Линдер. Перепечатка текстов с linder.moscow без разрешения автора не допускается.