Петровка, 3с1, 1822-24, арх. О. И. Бове (?)
Величественный 24-колонный дом-дворец «цвета бедра испуганной нимфы» строился вместе с ансамблем Театральной площади. Авторство приписывают мастеру классицизма Осипу Бове (1822-24). Длинный фасад с парой тосканских портиков образует северную сторону Копьевского переулка, а третий портик смотрит на Петровку.
Мы видим Хомяковский дом в «редакции» 1863 года. До этого между боковыми и центральным ризалитами оставалось по два двухэтажных объема, теперь же дом получился «ровным», по три этажа. Позже (1875 год) сломали портик напротив Большого театра и половину портика по Петровке. Восстановили их (как и другие архитектурные формы) только в 2000-х. До реставрации угол Петровки и Копьевского переулка выглядел так:
Все это кажется дворцом вельможи, а на деле было дорогим доходным домом, который принадлежал дворянской семье Хомяковых. Во дворе тянулись длинные каменные службы, а на угол Петровки и Кузнецкого переулка (теперь часть Кузнецкого Моста) выходил древний особняк, одноэтажный с антресолями. Каким-то чудом этот деревянный дом уцелел в 1812: на послепожарной карте он показан островком в кольце погорелых усадеб. Везунчик просуществовал еще почти сто лет и только в 1898 году сгорел из-за взрыва газа. На пепелище выстроили модерновый красно-белый дом, где потом снимали «Служебный роман».
Весь этот двор то ли с 1791, то ли с 1808 года принадлежал дворянам Хомяковым, которые оставались владельцами участка вплоть до 1918 года — дворяне были предприимчивы, и пресловутое помещичье «оскудение» их не коснулось.
Весь разношерстный ансамбль возник при гвардии подпоручике Степане Александровиче. Кроме французского (которым никого нельзя было удивить), он хорошо знал математику, немецкий и английский, был страстным англоманом и перед 1812 годом проиграл в Английском клубе миллион — по тому времени больше чем состояние. От разоренья знаменитую семью спасла супруга, Мария Алексеевна, урожденная Киреевская, которая отстранила мужа от ведения всех дел. Их отношения описал Бартенев:
«По летам живал он в селе “Липицах” Сычевского уезда Смоленской губернии, она в Богучарове под Тулою. Однажды пожаловала она к нему в шестиместной карете. Он вышел к ней на крыльцо и она, выйдя из кареты, при собравшейся дворне, дала ему пощечину и немедленно велела ехать обратно».
Их отпрыском был не кто иной, как Алексей Хомяков: математик, поэт, офицер, изобретатель, переводчик, живописец, публицист, философ, богослов (список можно продолжать) и эрудит, выучивший то ли 20, то ли 30 языков. Именно он был лидером славянофилов, как их прозвали оппоненты – сами они звали себя «москвичами». Умнейший Герцен признавал опасным противником Алексея Степановича…
Погиб мыслитель от холеры: он лечил крестьян во время эпидемии и заразился сам.
Как полагают, детство Хомякова прошло в деревянном доме на углу (зимой фамилия жила в Москве). Семья переехала в каменный дом с колоннами, когда он был достроен. В 1836 году, после смерти отца-англомана, хозяином стал сын-славянофил. Он жил здесь до начала 1840-х и принимал гостей: поэта Николая Языкова (шурин Хомякова — брат хозяйки) и, в 1839 году, великого Гоголя.
К 1842 году Алексей Хомяков с супругой переехал на Арбат, а в 1844 — на Собачью площадку, в знаменитую усадьбу (которую при советах сделали музеем, а потом снесли, чтобы создать «вставную челюсть Москвы» — Новый Арбат). Владение же на Петровке Алексей Степанович почему-то передал семье своей покойной сестры Анны, она вышла замуж за дальнего родственника Василия Хомякова и родила двоих сыновей. Дом у Большого театра стал полностью доходным. Тут жил в студенчестве знаменитый русский правовед и мыслитель Борис Чичерин (конец 1840-х).
Позднее дом с колоннами занимали меблированные комнаты для актеров — «Тулон» (подороже) и «Ницца» (подешевле). В самом конце столетия здесь жила прославленная Евдокия Турчанинова. А в деревянных угловых хоромах располагался трактир и кондитерская — этому месту, как и знаменитой «Хомяковой роще», посвящена отдельная статья.
В 1924-25 годах наш дом, уже утративший половину колонн, перешел в ведение Большого театра. В течение нескольких десятков лет постройка пережила несколько капитальных ремонтов, так что о старых интерьерах говорить не приходится. Однако сохранилась историческая планировка в пределах капитальных стен:
С 1960-х это был склад декораций. Со стороны Петровки был спортзал Большого театра, где играли в футбол. После 1994 года тут находятся репетиционные залы, мастерские, студия звукозаписи, библиотека нот, а в подвале — хранилище костюмов. Подвалы связаны подземным ходом с закулисьем Большого театра.
В 2005-2011 годах фасады были реставрированы по состоянию на 1863 год: по чертежам восстановили все колонны и фронтоны, рисунок окон, руст, аркады в переулке, оконные решетки, деревянные ворота.
Со стороны двора дом реконструирован, к нему пристроены стеклянные галереи, впрочем, человек с улицы этих фасадов не увидит.
- © Дмитрий Линдер. Перепечатка текстов с linder.moscow без разрешения автора не допускается.